Фото: Рexels.com
Пока беларусская система здравоохранения демонстрирует удовлетворительные результаты. Но в среднесрочной и долгосрочной перспективе ее устойчивость можно поставить под сомнение, считает академический директор исследовательского центра BEROC Лев Львовский.
Исследование Льва Львовского «О состоянии системы здравоохранения Беларуси» опубликовано Global Labour University. Предлагаем некоторые основные тезисы этой работы.
Белорусская система здравоохранения — прямая наследница советской модели, сохранившая ее сильные и слабые стороны. Пока она работает удовлетворительно — такие основные показатели, как продолжительность жизни, продолжительность здоровой жизни в целом сопоставимы с европейскими стандартами. Система относительно недорого обходится налогоплательщикам. Правда, достигается это за счет низких зарплат и сложных условий труда врачей, чем и обусловлены будущие проблемы.
В Беларуси, отмечает Львовский, большая доля расходов на здравоохранение поступает из государственного бюджета. В 2016 году доля государственных расходов на здравоохранение достигла рекомендуемых ВОЗ 4%. В последние годы Беларусь тратит на здравоохранение около 4,2–4,4% ВВП, за исключением пандемических 2020 и 2021 годов, когда расходы на здравоохранение составили 4,7 и 5,1% ВВП. С 2021 года данные закрыты, поэтому общие расходы государства на здравоохранение можно оценить лишь приблизительно — около 6,4% ВВП, если предположить, что предыдущие тенденции сохранились.
По общим расходам на здравоохранение Беларусь опережает партнеров по СНГ, однако проигрывает прочим европейским странам. В цифрах разница не выглядит значительной. Например, в 2018 году общие расходы на здравоохранение в Беларуси составили 5,6% ВВП, средний показатель по СНГ — 4,3%. Новые члены ЕС потратили на это в среднем 6,5%, остальные страны Евросоюза — 9,4%. Но абсолютные значения расходов на душу населения между Беларусью и странами Европы становятся понятны, если оценивать разницу в размерах ВВП. В том же 2018 году средний ВВП на душу населения в странах ЕС составил 35,8 тыс. долл. США. А в Беларуси — 6,4 тыс. долл. США. То есть расходы на здравоохранение для среднестатистического беларуса составляли всего 10-11% от расходов на среднестатистического гражданина ЕС. Относительная стоимость часа работы врача в нашей стране в разы ниже, чем в европейских странах, но при этом Беларусь закупает значительную долю оборудования и лекарств на международном рынке, значит, платит за них столько же, сколько и европейские соседи. Таким образом, наибольшее неравенство в уровне потребления медицинских услуг и товаров между беларусами и гражданами ЕС наблюдается в наиболее технологически продвинутых отраслях медицины. Беларусы получают худшее медицинское обеспечение и имеют меньший доступ к современным приборам и лекарствам.
Ну а относительно низкая стоимость труда медицинских специалистов в Беларуси для конечных потребителей — это и положительный, и отрицательный фактор. С одной стороны, это обеспечивает достаточно легкий доступ к медицинским специалистам. С другой — неконкурентоспособные зарплаты обостряют кадровую проблему в беларусском здравоохранении.
Львовский отмечает, что, по данным ВОЗ, в период с 2010 по 2020 годы около 70% расходов на здравоохранение в Беларуси покрывались за счет бюджета. Личные платежи граждан составляли 26%. Оставшаяся же доля приходилась на добровольное медицинское страхование. Наибольшая доля личных платежей граждан приходится на приобретение лекарств, а также платных услуг, аналоги которых имеются в государственной системе.
В период 2015-2021 годов в Беларуси получила развитие частная медицина — стало больше частных медицинских предприятий, занимающихся лабораторными исследованиями, стоматологией и офтальмологией, предлагающих лекарственные средства. Стали появляться частные больницы и клиники. Но эта тенденция была обращена вспять в 2021 году, когда государственные органы начали активно регулировать, а иногда и вовсе запрещать деятельность частных медицинских учреждений.
Согласно исследованию, проведенному Институтом социологии Беларуси, в 2024 году 22,8% городского населения выбрали частные клиники для получения первичной медицинской помощи. Де-факто, отмечает Львовский, это приводит к развитию двухуровневой системы здравоохранения, основанной на доходах. А она имеет свои риски. Например, избыточное лекарственное обеспечение граждан с высоким уровнем доходов и недостаточное тех, кто не может платить. При этом бюджетное финансирование здравоохранения чаще всего основано на минимальных стандартах.
Автор отмечает сверхцентрализованную систему управления здравоохранением — разветвленную структуру центрального аппарата Минздрава, подчиненные ему областные комитеты и комитет по здравоохранению Мингорисполкома. Актуальна проблема вмешательства должностных лиц в работу конкретных учреждений здравоохранения, коррупционная составляющая, так называемый «блат» и личные связи.
Поскольку большинство медицинских работников в Беларуси работают в государственной системе здравоохранения, наличие одного доминирующего работодателя подразумевает возможности монопсонического поведения — положения на рынке, которое позволяет диктовать цену на товар или услугу. В нашем случае — устанавливать размеры заработной платы для работников государственных учреждений здравоохранения.
При этом механизмы защиты прав медработников практически отсутствуют. Профсоюз работников здравоохранения независим от властей лишь номинально. Независимые медицинские профсоюзы, которые начали возникать, были ликвидированы властями. Медработники оказываются совершенно незащищенными и противостоять давлению со стороны руководства невозможно.
Система практически не предполагает конкуренции между медицинскими учреждениями. То есть не дает возможности добиться конкурентоспособного роста зарплат, снижения издержек и повышения качества оказываемых услуг. Излишняя иерархичность создает предпосылки для фальсификации отчетной статистики. И это, по мнению Львовского, одно из главных препятствий для любых попыток модернизации системы здравоохранения в Беларуси.
Вышеперечисленные проблемы чреваты устойчивостью всей беларусской системы здравоохранения. Но главная из них – размер заработной платы.
Разрыв в оплате труда медработников между Беларусью и соседними странами растет, и это стимулирует отток кадров. Врачи в соседних европейских государствах – в Польше, Литве или в Германии зарабатывают во много раз больше своих беларусских коллег, а уровень их жизни относительно других работников растет. Даже столицам России и Украины, где зарплаты врачей могут быть в разы выше средних по стране, Беларусь проигрывает.
Помимо заработной платы, проблема с кадрами в нашей стране усугубляется пренебрежительным отношением государства к медицинским работникам, неорганизованностью системы, заставляющей персонал выполнять ненужную работу, политическими преследованиями, которые привели к увольнению и высылке из страны многих специалистов, а также демографическими проблемами.
И хотя по официальным данным обеспеченность беларусов медицинскими кадрами вполне сопоставима со средними европейскими показателями, достоверность этих цифр вызывает сомнения, поскольку статистика не согласуется ни с опасениями властей, ни с расчетами независимых аналитиков. Наиболее остро проблемы с нехваткой кадров ощущаются в малых городах и деревнях. Меры, предпринимаемые государством — обязательное распределение, увеличение обязательной выслуги лет для врачей после ординатуры с двух до пяти лет, — скорее всего, способны сократить кадровый дефицит в краткосрочной перспективе. Однако чреваты снижением общего количества желающих обучаться в беларусских медицинских вузах и профессиональных медучилищах. На горизонте же более пяти лет, то есть на момент, когда кадры, поступившие в медицинские вузы, начнут выпускаться, эти ограничения будут мотивировать потенциальных медицинских работников покидать страну еще до ординатуры или с нарушением закона, тем самым теряя возможность вернуться.
Отток медицинских кадров из Беларуси в последние годы все заметнее. Одна лишь Польша в 2022 году выдала около 1000 разрешений на работу врачам из Беларуси. Более свежих данных в исследовании не приводится, однако можно предположить, что эта цифра продолжила расти и в 2023, и в 2024 годах.
Даже по официальным данным, в прошлом году в беларусской системе здравоохранения не хватало 5000 врачей и 3000 медсестер. Причем цифры были взяты из Общереспубликанского банка вакансий, то есть учитывались все сверхурочные и неполные рабочие дни действующих врачей. Если же попытаться на практике реализовать в нашей стране официальные стандарты трудоустройства медработников, предусмотренные законодательством — максимальную продолжительность смены медицинского работника не более 24 часов, соблюдение необходимого времени отдыха между сменами более 12 часов — то система рухнет уже сейчас.
Разрыв в оплате труда врачей в Беларуси и соседних европейских странах будет увеличиваться, а вместе с ним и отток специалистов, считает Лев Львовский. Меры по расширению практики принудительного труда, принимаемые государством, дадут лишь краткосрочный эффект. Но в среднесрочной и долгосрочной перспективе проблема будет только обостряться. В лучшем случае сокращение числа специалистов сменится ухудшением их качества.